Новости Дела и судьбы РосЛаг Манифесты Портреты Публикации Контакты
Главная / Публикации / 2011 / Ноябрь Поиск:
15 Ноября 2011

Образование нарушителя – детский сад

31-го числа каждого месяца в столицах проходят акции несогласных, к тому же несистемщиков, в защиту этой самой 31-й статьи Конституции – про свободу собраний соответственно. И хотя в Конституции записано, что граждане имеют право собираться свободно и без оружия, собравшихся без оружия граждан «винтят». То бишь с соответствующей степенью беспредела запихивают в автозаки, везут во всякие ОВД, а потом осуждают за какое-нибудь хулиганство. Чо, типа, собрались? Мало ли что Конституция… Это что, жена царя – Конституция?

А сейчас несистемщики регулярно выступают еще под лозунгом «Выборы без оппозиции – преступление». Лозунг пока что не признан экстремистским (но какие наши годы?), но «винтят» их по-экстремистски. В обоих смыслах.

Законы Российской Федерации - есть нечто необязательное.

Но есть и иные законы. Неписаные, а потому и обязательные.

В общем, все просто: на последней акции 1 ноября полицаи замели шестилетнего пацана.

Его папа, конечно, участвовал в этой законно-незаконной акции, а пацан – нет, конечно. Он стоял недалече в толпе под присмотром 16-летней девчонки. Сейчас ее называют няней, но это, конечно, не совсем няня. В зарубежной практике это называется бэби-ситтер. То есть просто человек, который присматривает за ребенком короткое время, когда родители заняты чем-то.

Вот эту парочку и замели: шестилетнего пацана и 16-летнюю девчонку. Время детское, центр города, приличные люди в окружении. Никакой опасности для детей – кроме полицаев. Но полицаи-то и замели. Девчонка, видите ли, фотографировать их вздумала. А фотографироваться полицаи не любят.

В общем, цапнули детей из толпы, отвези в отделение.

Зачем? Ну, тут могут быть причины внешние и внутренние.

Первая внутренняя причина вполне боевая: на войне как на войне. Между прочим, есть международные правила ведения боевых действий. Там все участники делятся на воинов и мирное население.

А чем отличается воин от мирного населения? Полом и возрастом? Нифига. Наличием оружия в руках. То есть вообще детей, женщин и стариков, а также медиков и журналистов (в общем, всех без формы) убивать нельзя, но если в их руках появляется оружие – значит, они сами нарушили международные правила (никак не обозначили воинский статус), приравниваются к воинам – ну и с последствиями.

Поэт Маяковский провозгласил: «Я хочу, чтоб к штыку приравняли перо». Ерунда все это. Ничего ни к чему не приравнено.

А вот фотоаппрат – да. Он к оружию приравнен безоговорочно. Ну, еще видео, которое можно вполне заснять современным фотоаппаратом. А менты/полицаи не любят фотографироваться…

Здесь есть некоторое допущение: полицаи должны воспринимать себя в состоянии войны с мирным населением… С другой стороны, и мирное население должно воспринимать себя в состоянии войны с полицаями… А здесь допущений гораздо меньше…

В общем, малолетку с фотоаппаратом схватили полицаи – и заодно совсем уж ребенка рядом с ней: он держал ее за руку! Вина доказана!

Но это, напомним, только первая внутренняя причина. Есть и вторая.

Она в том, что шестилетний Ваня – ребенок оппозиционера. Не первый раз папа тащит его с собой на Триумфальную (няня Вика – под боком), поскольку мама работает с утра до ночи, пацана папа водит в детсад – из детсада, в сложных случаях подключают Вику. То есть эта парочка – ребенок и отец – намозолила глаза полицаям, их не опознать – вылететь за непрофессионализм…

А самый действенный способ повлиять на оппозиционера (да вообще на любого человека) – надавить на родительские чувства: у вас дети… а что с ними будет, если что (это кстати о демографической политике)… В детдом попадут, квартиры лишатся, родство забудут, фамилию забудут – ну, как говорил Ст. Ежи Лец – у каждого века свое средневековье.

Цель нынешнего средневековья понятна: «прекратить всякую протестную деятельность, – озвучивает ее в свое блоге Сергей Аксенов, отец мальчика Вани, – сидеть дома и не вякать. Якобы ради детей».

Обе причины мерзкие, конечно, но, как говорится, других причин у меня для вас нет.

То есть, но это внешняя причина, на которую теперь напирают полицаи: ОНИ БЕСПОКОИЛИСЬ О ДЕТЯХ! Типа: стоят девочка с мальчиком, оба несовершеннолетние (это видно), а вдруг они потерялись? Заберем их в ментовку и вернем родителям! Правда, помощи они не просят, ну так что ж? Полиция работает с опережением!

Например, задержавший детей сотрудник центра «Э» Алексей Окопный (см. снимок на стр. 1), известный по делу об убийстве нацбола Юрия Червочкина. Он задерживал его, а также руководил обыском у него дома. Однажды Юрий позвонил друзьям по сотовому, что его преследуют четверо знакомых ментов, а потом его нашли избитым, и вскоре он умер.

Приняла ребенка инспектор по делам несовершеннолетних лейтенант С.В. Тонарина. «Конечно, будь эта инспектор настоящим профессионалом, – говорит Станислав Кучер («Коммерсант-FM»), – выбери она работу из любви к детям, а не к погонам – она обязана была немедленно отпустить мальчика вместе с подругой его папы Викой (их вместе привели в отделение). А затем, желательно в непарламентских выражениях, объяснить все, что думает о таком поступке человеку, который ребенка в «ментовку» привел».

Станислав Кучер имеет в виду, конечно, неписаный обязательный закон. Но у лейтенанта Тонариной инструкции – писаные и неписаные. Она ребенка допросила, не постеснялась – в отсутствие родителей и опекунов, что не полагается и по писаным законам РФ. Так появился протокол (см. слева), в котором в графе «образование» написано: «Д/С ст.м. Коломенская, 9-я группа».

В общем, в 10 вечера за ребенком приехала мама и забрала его. Папу (а его задержали отдельно – за участие в акции) отпустили еще позже. За девочкой, Викой Кузнецовой, мама в тот день не приехала, и ее отправили в «центр временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей», откуда на следующий день и забрала ее мать.

Уполномоченный по правам ребенка в Москве Евгений Бунимович возмутился действиями полицаев. Павел Астахов, уполномоченный по правам ребенка во всей России, известный своими «защитными действиями» российских детей во всем мире, помалкивает. Его не возмущают действия полицаев, взявших у шестилетнего ребенка «объяснительную». Его вообще не возмущают действия взрослых по отношению к детям в России. Его возмущало, что дочь российской гражданки благополучно живет в приемной семье в Португалии, он вернул ребенка в Россию – к пьющей и бьющей матери и больше не возмущается.

А есть еще такой Общественный совет при Главном управлении МВД по Москве. Его новый председатель Ольга Костина бросилась на защиту – ребенка? Как бы не так! – полицаев. Полицейские действовали в рамках закона, утверждает она. Вот если б они бросили двух несовершеннолетних на площади без внимания, то могли бы быть привлечены за оставление в опасности.

«Опросы и допросы ребенка проводятся в присутствии законного представителя тогда, когда он является жертвой или свидетелем преступления. Но когда его обнаруживают без родителей или представителей в конфликтной ситуации и в отделении полиции силами инспектора устанавливают личности родителей, чтобы пригласить их, чтоб забрали ребенка, такой вопрос не стоит», – сказала Костина.

Ну-ну, установление личности родителей. Есть же протокол, его можно почитать. Не о том спрашивают шестилетнего! «Там было много людей, которые стояли цепочкой и держали длинную повязку в руках, которая была из ткани. Мой папа тоже ее держал, на ней было что-то написано белыми буквами, краской, что я прочитать не успел. Мой папа вместе с этими людьми кричал, они громко говорили и выбрасывали бумажки, на которых было что-то написано, за правду, а что именно я не знаю. Каждый вторник каждого месяца мы с папой ходим на такие мероприятия, где много людей, больше 50 человек».

Действительно, установили личность родителя: он был в цепочке протестующих. Ну и вернули бы ребенка папе, тем более что он (Сергей Аксенов) этого требовал. Но как же можно! Он же несогласный! Он же из «Другой России»! А из этой России в Другую выдачи нет! Пусть лучше ребенок расскажет, чем они занимаются…

А что может рассказать ребенок? Он наверняка умеет читать и считать (шесть лет уже, скоро в школу), но что там написано на «длинной повязке ткани» – не знает. И что в бумажках, которые раскидывают «много людей», в том числе папа, тоже не знает – знает только, что там «за правду». А что там «больше 50 человек» – вряд ли это его слова, вряд ли он специально пересчитывал людей, а прикинуть «на глазок» он пока что не умеет. Наверняка цифры предложила инспекторша – она же протокол писала.

И про Вику мальчишка сказал, и про ситуацию: «Мой папа отдает меня Вике, мы с ней стоим на площади, пока мой папа громко кричит с другими людьми и держит в руках длинную повязку из ткани». Ну и где здесь «конфликтная ситуация», о которой говорила г-жа Костина?

Кстати, вот что о ней пишет в «Гранях.ру» Владимир Абаринов: «При упоминании этого имени полезно всякий раз уточнять: это та самая Ольга Костина, по показаниям которой упекли на 20 лет Алексея Пичугина. Теперь она член совета Общественной палаты – олицетворяет общественность в ее взаимоотношениях с правоохранительными органами. По чистому совпадению ее муж работает начальником управления администрации президента».

Кстати, о президенте сказал другой мальчик, так же, как и Ваня Аксенов, не участвовавший в акции оппозиции, но оказавшийся на площади примерно в то же время – еще до начала мероприятия. Его мама (gut-x) пишет в блоге:

«Ходили с Левочкой в Театр им. Моссовета на исландский спектакль (на Малой сцене) – в рамках международного детского театрального фестиваля. Приехали рано, в начале пятого, вышли на Маяковской: невероятное количество (как их теперь называть?)… вроде полицейских. Машины, скорые, автоэвакуаторы.

И сама площадь заблокирована забором посередине. Журналисты с микрофонами. Трейлеры ТВ. И народ, вытекающий из метро негустой струйкой. Пропускали только с детьми. Я была «с детьми». Спектакль начался в пять, длился минут 40. Выходим – проливной дождь, я без зонта, у ребенка куртка с капюшоном.

На Маяковскую не пускают, идите на Пушкинскую. Почему не пускают, спрашивает Лева. Оппозицию ждут, отвечаю. На Пушкинской столпотворение. Выходим уже на своей станции, уставшие и мокрые. Ребенок говорит: не нравится мне наш президент, пусть выберут другого».

А что тут может нравиться.

Помните в «Борисе Годунове» уличные мальчишки отобрали у юродивого копеечку, а он обратился к проходившему как раз мимо тогдашнему царю Борису: «Вели их зарезать, как ты зарезал маленького царевича». Бояре гонят его, но царь их отстраняет и просит молиться за него. «Нет, нет! – отвечает юродивый. – Нельзя молиться за царя Ирода – богородица не велит».

После царствования Бориса Годунова началось Смутное врем, гражданская война, после чего граждане собрали ополчение… И вот что пишет один наш современный политический деятель: «Но самое интересное заключается в том, что после того, как выгнали захватчиков из Кремля, были выборы. На Земском соборе, со всесословным представительством. Кстати, я специально еще раз смотрел – ни в одном историческом источнике нет сведений о попытках вбросов, подделке протоколов и прочих технологиях. Выборы были честными и для того времени всенародными, а потому легитимными».

Недавно по этому поводу в России праздник был. День народного единства.

Марина Завадская, «Арсеньевские вест» - 08.11.2011




Архив публикаций    
Читайте также:

04/11/2011 Сотрудник Центра «Э» угрожает расправой несовершеннолетней активистке «Другой России»   -   Главное /

АКЦИЯ В ПОДДЕРЖКУ ДОНБАССА:

Сбор гуманитарной помощи осуществляет движение Интербригады (от Лимонова).

Введите сумму пожертвования и номер телефона:


ДА
Добавить комментарий:
*Имя: 

Почта: 

*Сообщение: 






Последние комментарии:



Портреты: Даниил Хармс

Умер в "Крестах"

23 августа 1941 года арестован за пораженческие настроения (по доносу Антонины Оранжиреевой, знакомой Анны Ахматовой и многолетнего агента НКВД). Чтобы избежать расстрела, симулировал сумасшествие; военный трибунал определил «по тяжести совершённого преступления» содержать Хармса в психиатрической больнице.









Ссылки